Ролевая игра: "Робин Гуд" )) Начинаем!

-Хей, добрейший - закричал Тук
- Еду давно я из Йоркшира в Уэльс, можно ли будет у вас остановиться, а то так есть хочется, что аж переночевать негде?...
Да и разбойники с ведьмами говорят по ночам бродят, грабят, жилы вытягивают...На луки потом в качестве тетивы натягивают...
С такими речами брат Тук обратился к трактирщику...
 
Только сейчас Тук заметил, какую то женщину, выглядывавшую из-за прилавка с цветами...
- Аве Мария, так и заикой сделать можно, сказал ей Тук, приложив руку к сердцу...
 
Проезжий монах... Отреагировал странно. Возможно, святой человек почувствовал, что жизнь ее прозябает во грехе. Наверное, не помешает заглянуть на службу в ближайший дом Господа и покаяться в прегрешениях.
На самом деле, Джилл на мнновенье задумалась, быть может умыться и расчесаться тоже не помешает. Она смутно помнила, когда делала это в последний раз.
 
- Здравствуйте господин - Поприветствовал Люцифера начальник отдела снов Сонуэль.
- Чем могу быть полезным в этот важный вам день ? -
- Не зли меня ! Если хочешь служить а не услуживать! Лучше скажи какой сегодня курс вина ? - Произнёсь гневаясь Люцифер.
- Тридцать с половиной минут за бокал, мой господин - Ответил Сонуэль
- Что случилось ? Почему понизился ? Вчера был тридцать три ! Неужто мне в свой день рождения прийдётся работать ?! Начал гневаться ещё сильней Люцифер.
- Извините господин, но помоему всё дело в инквизиторах. Мы им даём вино способное вырабатывать сто минут за бокал, но чтото у них там твориться. Наверно разбавляют чемто вино.
- ЧТООООО!! - Восклинул в ярости Люцифер, ударив по щеке Сонуэля.
- Хочешь сказать что эти твари воруют у меня ?! У МЕНЯ !?" ...

Сонуэль от удара отлетел на три метра назад, ему было непривыкать, Люцифер часто гневался. Но Сонуэль знал, что ничего так не злит Люцифера как предательство людей и был готов заранее к такой реакции.

Дав Люциферу прийти в себя, он сакзал - " Господин, прошу прощения, у меня есть предложение. Если вы дадите мне минутку своего внимания, то я смогу вам его огласить. "

- Говори уже! - Успокаиваясь ответил Люцифер.
- Помоему господин чтото неладное творится с самой перевозкой вина. На днях до меня дошли слухи что на поставщиков вина нападают разбойники. В итоге , скорей в таверне, приходется разбавлять вино водой. Но неуверен. Этим могут и заниматься в аббатесе. Это сначала и стоит разузнать. Если вы это разузнаете лично, то вам будет сразу же понятно кто, зачем и почему ворует ваше вино."
- Хмм.. Хорошая идея Сонуэль. Ты оправдал моё доверие вновь. Иди, пока я тебя не размазал по стене, за твои оправдания. Ты начальник отдела или кто ? Видишь курс регулярно падает, решай сам и предпринимай! Я таким добрым как сегодня могу и неоказаться в следущий раз!" - Уходя из помещения, ответил Люцифер.
 
Последнее редактирование:
Да, Косматая - подумал, монах, да и щеки в пыльце, Хоспади, причесать, бы умыть, да на исповедь...
- Грешна, чувствую, да наверное и колдует со своими цветочками, надо бы проверить - думал Тук...
- Любезная, эээ как вас там по батюшке, а какие бы вы цветы посоветовали аббату Уэльса на день рождения?
 
Ее охватило то самое, давно знакомое неловкое оцепенение, возникающее каждый раз, когда кто-либо пытался с ней заговорить. Особенно, если этот кто-то принадлежал к священной братии. Эти очень любили всякие разные ответы. И расстраивались, когда не получали их. А расстроенная братия сулила неприятности.

Выдавив неровную улыбку, самую милую, на которую была способна, Джилл вытащила самый лучший букет и протянула, надеясь, что ей снова повезет, и человек просто уйдет с покупкой и не продолжит свой разговор.
 
Трактирщик наблюдал и размышлял: " … вот интересно, купит или нет?... если нет, то нечего ему делать в таверне, опять постарается за вино молитвой расплатиться... а как мне это их невнятное бормотание потом в денюшки перевести?…аббатиса Сесилия молитву за деньги не признаёт "
 
Последнее редактирование модератором:
Монах начал разглядывать букет, протянутый смуглянкой и думал:
- Если возьму сейчас, неизвестно, где его хранить до завтра, ведь собираюсь ночевать в этом чудо трактире, да и букет прямо скажем не вызывает эйфорию чувств, возьму ка я букет дальше по дороге у аббатисы Сесилии, говорят ее служки делают восхитительные гирлянды из цветов...
- Да не букет мне нужен, а ваш совет - нашелся ответить брат Тук, какие цветы дольше будут стоять и радовать аббата...
 
Трактирщик, услышав эти слова, скривил лицо и подумал:" Нашёл что дарить аббату... цветочки... видел бы ты его сейчас, как я видел его не раз... "
………………………...
Посмотреть вложение 1017
 
Брат посмотрел на трактирщика, у того стало что-то с лицом...
Да видать приют здесь будет найти не просто...
Надо чем-то подмаслить хозяина...
- Уважаемый, везу я эль, если отолью вам литров 10, пустите на ночлег?
 
"...19 пинт... по пенни за кружку... вроде выгодно... " подумал и сказал: " ещё 6 пинт добавляй, и до завтрашнего вечера можешь тут куролесить..., только цветочницу не трогай, пусть сидит себе... "
 
Монах с радостью соскочил с телеги, припарковал Ласточку...
Подошел к смуглянке, улыбнулся:
- Сестра, надеюсь в этом кабачке есть вода, помойся...)) на тебе пенни...
И протянул ей монетку, потом развернулся и пошел отливать Эля...
Хммм, блин, а я ведь еще сам не пробовал этот медового цвета напиток, сощурился Тук...
И нацедил себе 400 граммовую кружечку, уселся под телегой и с довольной миной начал цедить эль...
 
Люцифер зашёл в свой гардероб и принялся применять одежды одну за другой. - Кем же мне явиться чтоб всё успеть за один то день ? Решить этот вопрос с вином и повидаться с Джилл." Думал про себя Люцифер.
 
-Что? ЭТО вы называете Хорошо?- скривила нос ведьма, принюхиваясь к запахам в перегонной.
-Фи.... - Эй,Кларисса - позвала она. - Беги сюда, надо здесь кое-что подправить...
 
Время уже близилось к вечеру, когда Эйш, верхом на вороном статном красавце-коне, оказалась недалеко от таверны.
После очередного скандала с отцом, она решила на какое-то время покинуть табор и уединиться, дабы поразмыслить о случившемся. Пару часов ее верный конь несся галопом по неизвестной местности. Заблудиться и отстать от своих цыганка не боялась, так как ориентироваться и определять стороны света научилась еще в детстве.
Воздух стремительно становился влажным из-за тяжелых мрачных туч, что повисли на небе. "Похоже, что я скоро стану совершенно мокрой!", - зло подумала цыганка, мысленно ругая себя за несносный характер и этот едва накрапывающий дождик, что с каждой минутой грозился обрушится ливнем.
Природа как бы замерла в ожидании перед грозой, наполняя воздух необыкновенной свежестью, которая, смешиваясь с душистыми ароматами трав, приятно отдавала во рту чем-то терпко-сладким.
При себе у цыганки было самое необходимое - колода карт, с которой она почти никогда не расставалась, небольшой старинный нож из прочного сплава металлов и скромная сумма денег, что успела прихватить с собой.
Эйш быстро приближалась к уютному убежищу, одновременно оценивая окружающую обстановку на наличие вооруженных людей, которых, в связи с неспокойным временем, развелось великое множество.
Спешившись и привязав коня, она шумно распахнула дверь таверны и направилась к свободному столику, предварительно сняв у хозяина один из номеров таверны, дабы немного передохнуть, а возможно и заказать для себя что-то согревающее. Влажная одежда неприятно охлаждала тело. Избалованная дочь своего отца-цыганского барона не в лучшем расположении духа опустилась на деревянный стул и с наслаждением вытянула затекшие от поездки ноги.
 
А в перегонной келье была оставлена дежурная сестра Бабетта . Ибо - монахов там оставлять нельзя. Ведь что говорят: Ин вино веритас!! И поолный атас опосля..
так вот... дежурная сестра Бабетта, понюхала у одного куба, потом попробовала капельку с одного медного краника,с другого. Короче - напробовалась и уснула.
И снится ей соннн( обязательно произносить с французским прононсом. Ведь она - Бабетта!),
Как какой-то серый сгусточек образовался у полки с пряностями и травами, заморскими и ооочень дорогими. А знакомый голос из окошка шептал:
- Кларисска, значит так, ищи кардомон и корицу. Нашла ?
- да,нашла ,- ответил сгусточек писклявым голосочком.
- Отлично. Теперь поищи гвоздику и перец. лучше горошком.
- Нашла - пискнул сгусток ,и раздался звук открывающихся сосудов.
- Теперь сыпь в большой куб. Всё сыпь.
- высыпала. а теперь что? - спросил сгусток Кларисса.
- подбавь силу огня. - шепнул голос.
И под большим перегонным кубом разгорелся огонь,который до этого еле тлел.
- Сделала . - пискнула Кларисса. - Что теперь?
-А теперь ,убегай.- шепнул голос за окном.
И сгусточек быстро побежал по столу, на котором был накрыт ужин для сестры Бабетты. Там стояла тарелка с хлебом и ломтиками изумительного монастырского окорока.
И сгусточек остановился у тарелки, посопел, и тут Бабетта увидела,как поднялась серебряная двузубая вилка и нацелилась в самый сочный ломтик окорока.
- Ой. Не тронь! - грозно воскликнула Бабетта.
Вилка упала, а сгусток преобразовался в большую, гладкую крысу.На шее у неё был повязан голубенький бантик. Который очень шёл к её серо-голубой шкурке.
- Ой. - одновременно сказала Кларисса и голос за окном.
- Клариска - беги!!!!
Кларисса же, встав на задние лапки сделала реверанс в сторону Сестры Бабетты, подхватила ломтик окорока передними лапками и исчезла. Только в дальнем углу было слышно писклявое хихиканье. Да за окном пролетела большая белая птица.
Сестра Бабетта рухнула в своё кресло в обмороке.
А большом перегонном кубе ,весело побулькивая, жидкость начала приобретать приятный глазу перламутрово-зелёный цвет....
 
Карета запряжённая четверкой гнедых скакунов промчалась по пыльной просёлочной дороге оставляя позади себя повозку с продовольствием. Настоятельница женского монастыря аббатиса Сесилия спешно возвращалась в монастырь после посещения отца Бенедикта, его обители и госпиталя. На душе были мысли тяжёлые, взгляд угрюмый не предвещающий ни чего доброго. В мужском монастыре разместили раненых вояк, калек войны и других убогих. Мужской монастырь был обширен в площадях, но монахов было в три раза меньше чем в женском монастыре. По большей части в монастырях оставались калеки, которым некуда было податься. И вот сейчас, настало время, которое предвидела Сесилия в разговорах с отцом Бенедиктом. Война окончена, в лесах, на дорогах появляются шайки разбойников из бывших служивых, которые без дома, без семьи и не возвращаются к своим господам. В госпиталях эпидемия, грамотных лекарей нет. Отец Бенедикт просит присылать сестер в госпиталь для ухода за больными и раненными. О! Боже! Были бы монахи, а то люди военные, а мои бедные овечки не искушенные. И отказать нельзя, послушание есть послушание и женские монастыри на попечении всего ордена.
Сесилия вспоминала строки из переписки ордена к которой у нее был доступ:

Аббат одного из монастырей приводил просьбу монахов: «Вред от женщины многократно превосходит ущерб от всего прочего в мире. Нет злобы большей, чем женская: ее яд смертоноснее яда змей и драконов. Нет более опасного для мужчины, чем близость женщины. Мы опасаемся за безопасность наших душ не меньше, чем за безопасность наших тел, поэтому мы не хотели бы принимать сестер-монахинь»

Решение одних задач перетекало в ещё большие вопросы.
- Нужно отвлечься,- подумала аббатиса.
После вечернего разговора с Тамариссой, Сесилия уснула не решив, что будет делать с травницей. Травница мудра и выдержала пронизывающий взгляд, ускользает как уж...
Дала понять, что ни кого не боится и предложила устроить побег, дерзка. Нужно изменить тактику и попробовать ни чего не делать, может она сама захочет остаться, пусть даже без пострига, на жаловании экономки. До приезда инспекции ещё больше месяца, ждем.
А что Тамарисса шептала про Люцифера? На ночь глядя. Сон был тревожный, тени какие-то снились. Две тени, одна в черной накидке и другая, силуэт Странника. Кто такой Странник? Не уютно, зябко стало от этих мыслей, быстрее бы стены обители.
 
Последнее редактирование модератором:
Ближе к ночи карета Сесилии в'ехала во двор монастыря где ее уже ждала сестра Биотрисса и престарелый немой конюх Роберт. Сесилия вышла из кареты, поправила дорожное монашеское одеяние и степенной походкой вошла в главные двери монастыря. От цепкого взгляда и тонкого обояния ни чего не ускользало, в воздухе витал аромат пряностей, хмеля и трав. Биотрисса быстро щебетала о том, что в таверне появился монах Тук с другого аббатства о котором сообщил кучер трактирщика. И что монах наведывался в монастырскую лавку, спрашивал цветочные гирлянды.
- Матушка, нужно ли узнать цель приезда монаха из соседнего аббатства? Вы говорили, что сейчас не спокойно и ордена в распрях, - спросила Биотрисса.
- Узнай, душа моя, узнай, - слегка безразличным, голосом ответила аббатиса. У трактирщика поинтересуйся, о чем говорит, с кем встречается.
- Да, и что с вином и продовольствием, которое мы поставляем в трактир? Сесилия вспомнила разговор с Тамариссой, что трактирщик не доволен провизией. Безразличный голос сменили металлические нотки, взгляд посерел и пронизывающие глаза аббатисы смотрели на помощницу и келейницу.
- Биотрисса, до меня дошли слухи, что вино разбавляют водой и не в трактире, а в погребе монастыря. Ты мне ни чего не хочешь рассказать? И почему от монастыря от'езжали рыцари ордена и напевали песни? И почему я не слышу вечерней молитвы и песнопений в доме Бога?- Аббатиса с каждым словом становилась все жёстче во взгляде и тише в речах, но эта речь была как удары розг.
Биотрисса молчала и хлопала большими ресницами широко открытых глаз.
 
Войдите или зарегистрируйтесь для ответа.
Назад
Сверху