Тихая обитель \ сезон 4 \ Зеркало 2
...................................
Прошло несколько лет. Лектор забросил привычную лекторскую практику, и с головой ушёл в литературу, описывая свои прежние приключения под псевдонимом Томаш Сикора. Книги пользовались спросом, их вышло три, причём вполне приличным тиражом, и авторские гонорары позволили автору жить на эти деньги, занимаясь только литературой. Поэтому его стали теперь называть "литератором". Он приобрёл себе трубку, шляпу, отпустил небольшую бородку, и стал похож на Хеменгуэя, но с местным колоритом. Жизнь как-то устаканилась: редакция, издательство, личный кабинет, пишущая машинка или ноутбук, абзац за абзацем, глава за главой, поиск вдохновения, поход в кафе-бар...
" - Да что б его, этот хэллоуин! Ой как напугали... Вы древнее существо, Маша ходячая расчленёнка в образе милого создания. Нам бы ещё Мумию Имхотепа сюда, и куклу Чака с подружкой для полноты ощущений, прекрасная компания бы получилась... и что же вы тут, я стесняюсь спросить, поделываете, в этой нашей реальности... подождите, не говорите, пусть останется интригой, а то включите потом свой иммобилайзер, как "люди в чёрном", я вообще обо всём забуду... кстати, хорошо, что напомнили, меня же редактор ждёт, про какую то "Лигу чёрных колготок" хочет статью заказать. Вы не слыхали о такой? Нет... очень жаль... Ну ладно, я побежал."
Литератор, выходя из кафе, обнаружил на крыльце бармена Гену. Тот, скрестив руки на груди, наблюдал за манифестацией, происходящей на улице. Пёстрая толпа экстравагантных фриков перегородила дорогу, и треся плакатами, что-то громко скандировала. Несколько человек даже в мегафоны кричали, заглушая общие речёвки, и поэтому разобрать, что конкретно они пытаются донести, было невозможно. Однако, судя по плакатам, это были сторонники защиты нравственности, и стало быть, противники порочности и аморальности. "Нам интим не предлагать", кричали одни..."Поставить половой вопрос ребром"- кричали другие, тряся в такт плакатами, досталось даже спиртным напиткам - "Долой алкоголь - пособник секса и разврата", а одна особо активная кучка активистов шумела на тему - "Ввести полный запрет на просмотр порно!!!"
Литератор посмотрел на Гену, они улыбнулись друг другу, глядя на всё это, пожали плечами, и собрались уже разойтись, как из толпы отделился какой-то энергичный индивид с голубыми волосами и плакатом "изображение сексуальных сцен ради изображения считать порнографией!", подбежал к литератору, схватил его за пуговицу пиджака, пытаясь остановить, и перекрикивая шум толпы заорал:
"- Вступайте в конфедерацию этики и морали!!!"
Литератор сначала опешил, а потом заорал в ответ:
" - Немедленно отпустите мою пуговицу, я на неё застёгиваюсь", - что ввело голубоволосого юношу в замешательство, чем литератор тут же воспользовался, развернулся, и пошёл вдоль по улице, оставив шумную толпу позади.
Он шёл и пытался придумать, как бы потактичнее отказаться от навязываемой редактором темы про колготки, и совершенно не обратил внимания, что невдалеке за ним неторопливо движется чёрный лимузин с тонированными стёклами.