Б
Б
Бандеровка
Guest
В статье блога "Магический реализм" была упомянута художница Леонор Фини и поставлена в один ряд с известными сюреалистами. Давайте заглянем в её творческую мастерскую и приоткроем занавес её мира.
Признание Монстра
Трудно представить, что такое художественное движение, как сюрреализм, основанное на конфронтации и объединении странных персонажей и эксцентричных личностей, породило ряд художников, которые в него не вписались или оказались слишком радикальными и чуждыми своей эпохе. Существует целый список таких имен, и со временем он только рос. Леонора Каррингтон, Шюль Солар, Рихард Эльце, Ремедиос Варо и другие стали известны гораздо позже, иногда через десятки лет после смерти. Это “забытые” сюрреалисты. Ирония в том, что большинство из них при жизни пользовались успехом и владели вниманием международной арт-сцены. Причины забвения разнообразны. Боевая сплоченность лидеров сюрреализма, эволюция отдельных воззрений, культурная и политическая эмиграция, мизогиния художественной критики и тот простой факт, что эпоха на 2-3 шага отставала от художника.Случай Леонор Фини сложный. Можно утверждать, что по загадочности, многомерности и техническому мастерству она ничем не уступает Эрнсту или Дали. Но лишь немногие искусствоведы разделяют такой взгляд.
Начиная с 1980-х годов с пересмотром истории фигуративной живописи ХХ века в целом и сюрреализма в частности, почти все не входившие в канон сюрреалисты получили свою долю славы. Признание критики, выставки в больших музеях, публикации. Имя Фини в лучшем случае указывают в конце этих списков забытого авангарда, всегда на периферии исторической панорамы. Хуже того, если о ней и вспоминают, то в первую очередь ради банальностей и превращают ее творчество в гораздо более дешевый продукт, чем оно есть на самом деле. Леонор Фини, к примеру, имеет сомнительную честь нравится Мадонне и Ким Кардашьян. Ее самая посещаемая за всю историю выставка проходила не в художественном музее, а в туристическом аттракционе под вывеской “Музей секса” в Нью-Йорке.
"Церемония" 1960 г.
Почему же до сих мы не воспринимаем всерьез художника такого уровня, как Леонор Фини? Найти ответ непросто.
Действительно, существует проблема стиля. Большую часть жизни Фини писала в иллюстративном стиле, требующем нанесения очень тонких слоев краски, иногда изысканно, а порой почти по-детски. Отголоски ее искусства или похожие стратегии легко заметить в эфемерном художественном направлении прошлого десятилетия - так называемом “поп-сюрреализме”, у Рэя Цезаря и особенно у Марка Райдена. Как и поп-сюрреалисты, Фини тяготела к иллюстрации, журналам и моде, во всяком случае совмещала их с занятиями живописью. С одной стороны, общеизвестно, сколь строго мир искусства относится к заигрываниям художника с модой и массовой культурой. С другой стороны, следовало ожидать, что при господстве абстракционизма и концептуализма картины Фини - кропотливо нарративные, обладающие ренессансным духом, изображающие волшебниц и девочек с котами - полетят в костер первыми.
Другим фактором, мешавшим историческому признанию творчества Фини, была ее личность. Даже в контексте ярой антибуржуазности европейского авангарда провокаторство Фини имело такие формы, которые ее эпоха не могла ни признать, ни принять. Конечно, авангардные движения отвергали традиционный образ жизни, институт брака и сексуальные роли, принятые в буржуазном обществе. Также считалось нормальным и даже целесообразным иметь эксцентричный публичный имидж и вести себя скандально. Однако Фини сумела пойти дальше.
"Колдуньи" 1959 г
Теперь она почти забыта, а в свое время Фини была медиа-знаменитостью и героиней таких изданий, как журнал “Лайф”. Ее стиль и гламур стали частью коллективного воображения эпохи и превратили ее в икону моды. Да, она всегда была противоречива, и число ее противников равнялось числу ее поклонников. Пожалуй, самым гламурным элементом ее общественного имиджа, или по крайней мере самым обсуждаемым, была ее привычка сожительствовать с несколькими любовниками одновременно. В разные периоды своей жизни она долгое время жила в ситуации “менаж-а-труа” и владела тем, что можно определить как “мужской гарем”. Безусловно, какой бы художницей она ни являлась, во времена Фини общество не могло переварить подобное.
Провокационная и широко разрекламированная жизнь Леонор Фини - чистый театр в хорошем смысле слова. Сегодня отчетливо ясно, что публичный облик, некое изобретение себя выстраивалось как часть ее художественной практики. Фини, заявлявшая, будто обладает множеством идентичностей, была первопроходцем в этой области. На сотнях дошедших до нас фотопортретов она постоянно меняется, воплощая персонажей своих картин, смоделированных на основе ее внешности: фея и демон, существо андрогинное и сверхъестественное, доминатрикс и ренессансная дама, в зловещей маске и в головном уборе из перьев, в странных языческих ритуалах с цветочными венками и белыми туниками. Недавно кто-то назвал ее “готом до готов” - в подростковом возрасте она с болезненным интересом рисовала трупы в морге и вдохновение для своих буйных фантазий искала в “Кабинете доктора Калигари”.
Сегодня мы привыкли, что художник перевоплощается в героя собственного творчества. Арт-звезды Ли Бауэри и Грейсон Перри сделали провокационную внешность частью своего художественного дискурса. Но в послевоенном искусстве Фини, со всеми ее переодеваниями и порочным, смутно угрожающим поведением, воспринималась как нарциссическая и отчасти безумная фигура.
Маленький сфинкс-хранитель, 1943-1944
Образный мир Леонор Фини абсолютно независим и основан на индивидуальном воображении, превосходящем любые течения и эпохи. По справедливости говоря, это можно отнести ко всем великим сюрреалистам, включая тех, кто провозглашал себя наиболее воинствующей группой. Вряд ли именно это вызывало недовольство противников живописи Фини. Ее главными темами являются мифология, сны, классическая древность и ренессанс, фантастические существа, секс, человек как отражение бессознательного и тайные или подавляемые обществом страсти и импульсы. В таких чертах она не отличается от первого поколения сюрреалистов. Ее решительное отрицание принадлежности к движению не слишком важно и характеризует художника, стремящегося утвердить свою индивидуальность. Правда в том, что Леонор Фини была выдающимся представителем сюрреализма, разумеется, среди и мужчин, и женщин.
Один из сквозных сюжетов ее творчества - женщина (и “я”) как магическое создание, связанное с мифами и первообразами. Женский монстр - повторяющийся мотив сюрреализма, его часто изображают как пограничную фигуру и стража чудовищных пейзажей бессознательного (сфинкс из “Ока безмолвия” Эрнста). Фини развивает тему и ставит этот персонаж в центр призрачной вселенной, где жуткий женский образ охраняет границу нашего и иных миров и во многих случаях выступает в роли правительницы или главной богини. Отождествленность художницы с этими созданиями подтверждается тем фактом, что почти всегда монстры наделены чертами лица самой Фини, и выглядят как автопортрет внутри повествования.
Перекресток Гекаты.
Сфинкс Филагрия
Кроме многочисленных сфинксов - “Маленький сфинкс-хранитель” (1944) или “Сфинкс для Дэвида Баррета” (1954) - Фини отождествляла себя с химерами (“Автопортрет с химерой” 1939) и шаманками (“Портрет женщины с листьями аканта” 1946). Образ шаманки в картинах и костюмированных фотографиях Фини включает перья, растительные элементы, головные украшения из черепов животных. Ее трактовка животного и растительного мира подчас тяготеет к абстракции, представляя цепочку последовательного изменения и распада. Ведьма, еще одна из ее запредельных фигур, обладает темной властью над страстями и наделена магией. “Ведьмы” (1959) и “Церемония” (1960) - две наиболее известные ее картины с ведьмами, где их часто сопровождают коты, которых Фини вслед за египтянами и Лавкрафтом считала обитателями одновременно нашего и Иного миров. Сверхъестественный кот - один из основных героев ее зрелого творчества, как, например, в “Хранительнице” (1989). “Перекресток Гекаты” (1978), еще одна фундаментальная работа Фини, относится к многочисленным сценам с группами женских фигур, которые стерегут/царят в опасном и гипнотическом мире мифов и снов.
“Striges Amaouri”, 1947
Признание Монстра
Трудно представить, что такое художественное движение, как сюрреализм, основанное на конфронтации и объединении странных персонажей и эксцентричных личностей, породило ряд художников, которые в него не вписались или оказались слишком радикальными и чуждыми своей эпохе. Существует целый список таких имен, и со временем он только рос. Леонора Каррингтон, Шюль Солар, Рихард Эльце, Ремедиос Варо и другие стали известны гораздо позже, иногда через десятки лет после смерти. Это “забытые” сюрреалисты. Ирония в том, что большинство из них при жизни пользовались успехом и владели вниманием международной арт-сцены. Причины забвения разнообразны. Боевая сплоченность лидеров сюрреализма, эволюция отдельных воззрений, культурная и политическая эмиграция, мизогиния художественной критики и тот простой факт, что эпоха на 2-3 шага отставала от художника.Случай Леонор Фини сложный. Можно утверждать, что по загадочности, многомерности и техническому мастерству она ничем не уступает Эрнсту или Дали. Но лишь немногие искусствоведы разделяют такой взгляд.
Начиная с 1980-х годов с пересмотром истории фигуративной живописи ХХ века в целом и сюрреализма в частности, почти все не входившие в канон сюрреалисты получили свою долю славы. Признание критики, выставки в больших музеях, публикации. Имя Фини в лучшем случае указывают в конце этих списков забытого авангарда, всегда на периферии исторической панорамы. Хуже того, если о ней и вспоминают, то в первую очередь ради банальностей и превращают ее творчество в гораздо более дешевый продукт, чем оно есть на самом деле. Леонор Фини, к примеру, имеет сомнительную честь нравится Мадонне и Ким Кардашьян. Ее самая посещаемая за всю историю выставка проходила не в художественном музее, а в туристическом аттракционе под вывеской “Музей секса” в Нью-Йорке.
"Церемония" 1960 г.
Почему же до сих мы не воспринимаем всерьез художника такого уровня, как Леонор Фини? Найти ответ непросто.
Действительно, существует проблема стиля. Большую часть жизни Фини писала в иллюстративном стиле, требующем нанесения очень тонких слоев краски, иногда изысканно, а порой почти по-детски. Отголоски ее искусства или похожие стратегии легко заметить в эфемерном художественном направлении прошлого десятилетия - так называемом “поп-сюрреализме”, у Рэя Цезаря и особенно у Марка Райдена. Как и поп-сюрреалисты, Фини тяготела к иллюстрации, журналам и моде, во всяком случае совмещала их с занятиями живописью. С одной стороны, общеизвестно, сколь строго мир искусства относится к заигрываниям художника с модой и массовой культурой. С другой стороны, следовало ожидать, что при господстве абстракционизма и концептуализма картины Фини - кропотливо нарративные, обладающие ренессансным духом, изображающие волшебниц и девочек с котами - полетят в костер первыми.
Другим фактором, мешавшим историческому признанию творчества Фини, была ее личность. Даже в контексте ярой антибуржуазности европейского авангарда провокаторство Фини имело такие формы, которые ее эпоха не могла ни признать, ни принять. Конечно, авангардные движения отвергали традиционный образ жизни, институт брака и сексуальные роли, принятые в буржуазном обществе. Также считалось нормальным и даже целесообразным иметь эксцентричный публичный имидж и вести себя скандально. Однако Фини сумела пойти дальше.
"Колдуньи" 1959 г
Теперь она почти забыта, а в свое время Фини была медиа-знаменитостью и героиней таких изданий, как журнал “Лайф”. Ее стиль и гламур стали частью коллективного воображения эпохи и превратили ее в икону моды. Да, она всегда была противоречива, и число ее противников равнялось числу ее поклонников. Пожалуй, самым гламурным элементом ее общественного имиджа, или по крайней мере самым обсуждаемым, была ее привычка сожительствовать с несколькими любовниками одновременно. В разные периоды своей жизни она долгое время жила в ситуации “менаж-а-труа” и владела тем, что можно определить как “мужской гарем”. Безусловно, какой бы художницей она ни являлась, во времена Фини общество не могло переварить подобное.
Провокационная и широко разрекламированная жизнь Леонор Фини - чистый театр в хорошем смысле слова. Сегодня отчетливо ясно, что публичный облик, некое изобретение себя выстраивалось как часть ее художественной практики. Фини, заявлявшая, будто обладает множеством идентичностей, была первопроходцем в этой области. На сотнях дошедших до нас фотопортретов она постоянно меняется, воплощая персонажей своих картин, смоделированных на основе ее внешности: фея и демон, существо андрогинное и сверхъестественное, доминатрикс и ренессансная дама, в зловещей маске и в головном уборе из перьев, в странных языческих ритуалах с цветочными венками и белыми туниками. Недавно кто-то назвал ее “готом до готов” - в подростковом возрасте она с болезненным интересом рисовала трупы в морге и вдохновение для своих буйных фантазий искала в “Кабинете доктора Калигари”.
Сегодня мы привыкли, что художник перевоплощается в героя собственного творчества. Арт-звезды Ли Бауэри и Грейсон Перри сделали провокационную внешность частью своего художественного дискурса. Но в послевоенном искусстве Фини, со всеми ее переодеваниями и порочным, смутно угрожающим поведением, воспринималась как нарциссическая и отчасти безумная фигура.
Маленький сфинкс-хранитель, 1943-1944
Образный мир Леонор Фини абсолютно независим и основан на индивидуальном воображении, превосходящем любые течения и эпохи. По справедливости говоря, это можно отнести ко всем великим сюрреалистам, включая тех, кто провозглашал себя наиболее воинствующей группой. Вряд ли именно это вызывало недовольство противников живописи Фини. Ее главными темами являются мифология, сны, классическая древность и ренессанс, фантастические существа, секс, человек как отражение бессознательного и тайные или подавляемые обществом страсти и импульсы. В таких чертах она не отличается от первого поколения сюрреалистов. Ее решительное отрицание принадлежности к движению не слишком важно и характеризует художника, стремящегося утвердить свою индивидуальность. Правда в том, что Леонор Фини была выдающимся представителем сюрреализма, разумеется, среди и мужчин, и женщин.
Один из сквозных сюжетов ее творчества - женщина (и “я”) как магическое создание, связанное с мифами и первообразами. Женский монстр - повторяющийся мотив сюрреализма, его часто изображают как пограничную фигуру и стража чудовищных пейзажей бессознательного (сфинкс из “Ока безмолвия” Эрнста). Фини развивает тему и ставит этот персонаж в центр призрачной вселенной, где жуткий женский образ охраняет границу нашего и иных миров и во многих случаях выступает в роли правительницы или главной богини. Отождествленность художницы с этими созданиями подтверждается тем фактом, что почти всегда монстры наделены чертами лица самой Фини, и выглядят как автопортрет внутри повествования.
Перекресток Гекаты.
Сфинкс Филагрия
Кроме многочисленных сфинксов - “Маленький сфинкс-хранитель” (1944) или “Сфинкс для Дэвида Баррета” (1954) - Фини отождествляла себя с химерами (“Автопортрет с химерой” 1939) и шаманками (“Портрет женщины с листьями аканта” 1946). Образ шаманки в картинах и костюмированных фотографиях Фини включает перья, растительные элементы, головные украшения из черепов животных. Ее трактовка животного и растительного мира подчас тяготеет к абстракции, представляя цепочку последовательного изменения и распада. Ведьма, еще одна из ее запредельных фигур, обладает темной властью над страстями и наделена магией. “Ведьмы” (1959) и “Церемония” (1960) - две наиболее известные ее картины с ведьмами, где их часто сопровождают коты, которых Фини вслед за египтянами и Лавкрафтом считала обитателями одновременно нашего и Иного миров. Сверхъестественный кот - один из основных героев ее зрелого творчества, как, например, в “Хранительнице” (1989). “Перекресток Гекаты” (1978), еще одна фундаментальная работа Фини, относится к многочисленным сценам с группами женских фигур, которые стерегут/царят в опасном и гипнотическом мире мифов и снов.
“Striges Amaouri”, 1947
Б
Бандеровка
Guest
Другой плодотворной почвой для Фини было взаимодействие между женской и мужской фигурами. Во множестве изображений смешанной пары женщина выполняет роль проводника или хранительницы (в образах шаманки, ведьмы или фантастического демона), а мужчина пассивен, часто обнажен, спит или мечтает. Впечатляющими примерами можно считать “В башне” (1952), где ведьма-Фини ведет раздетого мужчину к порталу света; “Хтоническое божество охраняет сон юноши” (1947) и тревожный “Stryges Amaouri” (1947) - две картины, где монстры сторожат сон мужчин. Изредка пары являются портретами реальных людей в фантастических сценах, как знаменитый “Автопортрет со Станислао Лепри” (1943). Фини замечательная портретистка, ей позировали выдающиеся современники. Особенность этих портретов в том, что они переносят героев в мир Фини, придают им магические свойства и окружают мощной мифологией - “Портрет княгини Франчески Русполи” (1944) представляет ее ведьмой, а на двойном “Портрете Джой Браун и Марго Фонтейн” (1948) обе балерины обретают гипнотические черты колдуний.
На протяжении 50-летней карьеры Фини развивала и другие грани своего таланта. Откровенно эротическая художница, она писала книги и иллюстрировала чужие произведения, включая “Жюстину” и “Историю О.”. Создала революционные декорации, фантасмагоричные костюмы и маски для более чем 70 театральных, оперных и балетных постановок с участием Жана Жене, Джорджа Баланчина, Ролана Пети и Марии Каллас. Придумывала костюмы для фильмов “Восемь с половиной” Феллини и “Прогулка с любовью и смертью” Хьюстона. Ее значение гораздо больше, чем поверхностная идея об эксцентричной и гиперсексуальной знаменитости, чья иллюстративная живопись как бы вторична по отношению к ее выходкам. Необходим критический дискурс, преодолевающий образ Фини как автора мистической иконографии и предшественницы поп-перформеров. Ее искусство объединяет разные эпохи от античности до абстракции, она предвосхитила многие подходы и проложила новые пути в живописи и перформансе. Как у всех провидцев, ее работы выглядят более актуальными сейчас, чем когда она их создавала.
"Маленький Сфинкс-хранитель" (Страж )1944 г
Сфинкс для Дэвида Баррета, 1954
Автопортрет с химерой, 1939 г
На протяжении 50-летней карьеры Фини развивала и другие грани своего таланта. Откровенно эротическая художница, она писала книги и иллюстрировала чужие произведения, включая “Жюстину” и “Историю О.”. Создала революционные декорации, фантасмагоричные костюмы и маски для более чем 70 театральных, оперных и балетных постановок с участием Жана Жене, Джорджа Баланчина, Ролана Пети и Марии Каллас. Придумывала костюмы для фильмов “Восемь с половиной” Феллини и “Прогулка с любовью и смертью” Хьюстона. Ее значение гораздо больше, чем поверхностная идея об эксцентричной и гиперсексуальной знаменитости, чья иллюстративная живопись как бы вторична по отношению к ее выходкам. Необходим критический дискурс, преодолевающий образ Фини как автора мистической иконографии и предшественницы поп-перформеров. Ее искусство объединяет разные эпохи от античности до абстракции, она предвосхитила многие подходы и проложила новые пути в живописи и перформансе. Как у всех провидцев, ее работы выглядят более актуальными сейчас, чем когда она их создавала.
"Маленький Сфинкс-хранитель" (Страж )1944 г
Сфинкс для Дэвида Баррета, 1954
Автопортрет с химерой, 1939 г
Б
Бандеровка
Guest
Цитата Natalis
Впечатляющими примерами можно считать “В башне” (1952), где ведьма-Фини ведет раздетого мужчину к порталу света
Впечатляющими примерами можно считать “В башне” (1952), где ведьма-Фини ведет раздетого мужчину к порталу света
Б
Бандеровка
Guest
“Хтоническое божество охраняет сон юноши” (1947)
Б
Бандеровка
Guest
Б
Бандеровка
Guest
P.S. Я не могу сказать, что мне её картины нравятся. Она показывала мир как его видит и изображала людей, которые видели себя в аналогичном миру.
Он, мир, имеет место быть. Психологи скажут, что она показывала свое бессознательное и тех демонов и сущностей, которые проявлялись через неё. Она себя отождествляла с ними, проявляла качества и показывала в назидание.
Упивалась ли она этими состояниями, прельщалась, черпала силу или безмерно страдала......мы не узнаем, но картины говорят за неё.
Б
Бандеровка
Guest
Следующими картинами закрою мир Фини картинами Томаша Щетовски
Б
Бандеровка
Guest
Б
Бандеровка
Guest
Michael Cheval (Михаил Хохлачев) - сюрреализм и...
Майкл ШЕВАЛЬ родился в 1966 году в Котельниково, небольшом городке на юге России. Его дед был профессиональным художником и скульптором. В 1980 году его семья переехала в Германию. Музеи и замки, древние улицы и прекрасные пейзажи южной Германии окончательно определили вкусы Майкла. Он интересовался историей и литературой, и организовал свою группу, посвятив несколько лет рок-н-роллу, сочиняя музыку и стихи. После окончания школы и службы в Советской Армии, Майкл переехал в Небит-Даг (Туркменистан) - город в центре Кара-Кум, неподалеку от иранской границы. Восточная философия и характер Центральной Азии сформировали его стиль. Майкл сотрудничал с несколькими театрами и издательствами в Небит-Даг и Ашхабаде. В 1992 году он окончил школу изобразительного искусства в Ашхабаде. В 1990 году Майкл провел свою первую персональную выставку в Туркменистане, Национальном музеи изобразительного искусства. Это было знаменательное событие для 24-летнего художника. В 1994 году Майкл переехал в Россию и работал в Москве как независимый художник и иллюстратор для различных издательств, в том числе известного книжного издательства “Планета”. Новая эпоха для художника началась когда он принял решение иммигрировать в 1997 году в США. Он вернулся к западной культуре, которая в значительной степени вдохновила его в юности. В 1998 году он стал членом престижного нью-йоркского Национального клуба искусств. С 1998 года Майкл регулярно проводит выставки в различных галереях Нью-Йорка. Он является членом Общества искусств Лондона с 2002 года и участвует в ежегодных европейских выставках, проведимых Ассоциацией изобразительных искусств.
Майкл ШЕВАЛЬ родился в 1966 году в Котельниково, небольшом городке на юге России. Его дед был профессиональным художником и скульптором. В 1980 году его семья переехала в Германию. Музеи и замки, древние улицы и прекрасные пейзажи южной Германии окончательно определили вкусы Майкла. Он интересовался историей и литературой, и организовал свою группу, посвятив несколько лет рок-н-роллу, сочиняя музыку и стихи. После окончания школы и службы в Советской Армии, Майкл переехал в Небит-Даг (Туркменистан) - город в центре Кара-Кум, неподалеку от иранской границы. Восточная философия и характер Центральной Азии сформировали его стиль. Майкл сотрудничал с несколькими театрами и издательствами в Небит-Даг и Ашхабаде. В 1992 году он окончил школу изобразительного искусства в Ашхабаде. В 1990 году Майкл провел свою первую персональную выставку в Туркменистане, Национальном музеи изобразительного искусства. Это было знаменательное событие для 24-летнего художника. В 1994 году Майкл переехал в Россию и работал в Москве как независимый художник и иллюстратор для различных издательств, в том числе известного книжного издательства “Планета”. Новая эпоха для художника началась когда он принял решение иммигрировать в 1997 году в США. Он вернулся к западной культуре, которая в значительной степени вдохновила его в юности. В 1998 году он стал членом престижного нью-йоркского Национального клуба искусств. С 1998 года Майкл регулярно проводит выставки в различных галереях Нью-Йорка. Он является членом Общества искусств Лондона с 2002 года и участвует в ежегодных европейских выставках, проведимых Ассоциацией изобразительных искусств.
Б
Бандеровка
Guest
Б
Бандеровка
Guest
У
Удалённый пользователь 171
Guest
Кажется, не хватает одной девушки... или ее очертаний, которую поглотила/поглощает земля.
У
Удалённый пользователь 171
Guest
Красотааа!)
Б
Бандеровка
Guest
Возможно Земля как само пространство и девушки в картине как динамичные силы в движении то что меняет Землю.
Кстати девушка в центре на тебя похожа )
Б
Бандеровка
Guest
У
Удалённый пользователь 171
Guest
Может быть)
Трудно сказать, ведь автор картины вкладывал что то свое, свой смысл. А мы смотрящие вкладываем каждый свой.
Да, тоже обратила внимание)
У
Удалённый пользователь 171
Guest
Смотришь на такую картину и вспоминаешь свои старые сны. Вот тоже чем то такое фантастическое. Воздух превращается в воду. Огромные пузыри в воде, а себя вдруг обнаруживаешь способной дышать в этой воде. И плавать/летать. И подлетаешь и примощаешься на краю шкафа, как курица на жердочке). И рыбки. И еше несколько свежих елей, с пушистыми мягкими иголочками, посередине комнаты. Летаешь вокруг них...)